January 6th, 2010

Свободная Луна

Лулзы от Зыкова

Штаны, плотная рубаха, крепкие ботинки, теперь поверх рубахи кольчугу, а
на голову шлем,
вещевой мешок за спину — все готово, лишь оружие следует
взять со стойки у выхода. Рядом точно так же суетились его сослуживцы.


Бедные зольдатики.

Впрочем, как Зыков представляет себе жизнь и обучение наемников - это один сплошной лулз где-то страниц на 50. Парень совершенно серьезно воображает себе условно-средневековую наемную армию чем-то вроде Иностранного Легиона в смешении с  американскими "морскими котиками", которых при том обучают с нуля, чтобы путем отбора сделать супермэнами.

Ему в голову не приходит, что реальных наемников делали супермэнами значительно проще: их бросали в бой. Выживший становился супермэном. Погибший экономил начальству зарплату.
Свободная Луна

ЛулЗыки

Я теперь буду так называть лулзы от Зыкова: лулзыки.

На сей раз лулз не языковой, а, как бы это сказать, предметно-идейный. Кто в армии служил, заценит особенно.

Итак, Зыков описывает жисть новиска-наемника в тренировочном лагере во времена условного средневековья:
Collapse )

Итак, Зыков описывает звэрскую муштру, призванную сделать из солдата обермана. В реальных наемных армиях такой хренью никто не заморачивался, оберманов старались брать готовыми: лучше сразу положить хорошее жалованье спецу, чем брать новичка и вкладывать в него деньги с неизвестным результатом. Ну да хрен с ними, с реальными наемными армиями. Лулзык состоит не столько в этом, сколько в том, каков оказался результат этой муштры:

Collapse )

В задачке спрашивается - на хрена все эти "пыточные" и полосы препятствий с ловушками, если солдаты передохли от обычного четырехдневного, даже не форсированного, марша?

Но особенный тыц начался, когда Зыков решил, что пора подпустить в роман какую-нито индею. Лучше бы он и дальше гнал листаж.

Я эту индею даже под кат прятать не буду. Вот она:

Соплеменники К'ирсана там, на невообразимо далекой Земле, со своим
гуманизмом и пиететом перед человеческой жизнью давно уже поставили во
главу угла человека и его права, забыв про обязанности. Стало немодным
держать слово, быть честным и обязательным. Пещерный эгоизм
интеллигенции теперь называется разумностью и выдается за эталон
человечности, лживость вообще стала нормой. Но для человека — такого же
дитя своего времени, всеми гонимого и преследуемого, полк стал настоящим
домом. Домом, в котором жестокие порядки, но где у тебя есть шанс на
будущее, и потому мысль о возможном предательстве затрагивает
нравственные основы души.


Мне вот чиста по-человечески интересно: где, когда, как, при каких обстоятельствах герой Зыкова умудрился, живя на пространстве пост-СНГ постоять во главе угла и до такой степени обожраться прав человека, чтоб ему, вишь ты, захотелось обязанностей. Покажите мне такую обитель, я туда хочу. Я хочу немножко постоять во главе угла и подержаться за права человека, которые господину Ярику-Кирсану надоели. Может, он пришлет их мне по почте наложенным платежом?
красота и интеллект

Новая тень

Глава 3
Стража и суд

Саэлон догнал Дамрода возле живой изгороди, где тот привязал своего коня. У буяна возникли затруднения: раненая рука не давала ему справиться и с девицей, и с привязью одновременно. Держа Рутвэн левой, поврежденной правой он пытался распутать повод, который был даже не завязан, а только захлестнут за ветку – но от движений лошади слегка затянулся.
- Эй, послушайте! – крикнул Саэлон, высоко подняв прихваченный во дворе факел. – Дамрод или как вас там. Я впервые вас вижу, и впервые слышу, что Рутвэн ваша сестра, но даже если это правда – тем более вы не смеете быть с ней таким грубым!
- Я тоже вижу тебя впервые, - отозвался Дамрод, - и уверяю, я даже не пытался быть грубым с этой девицей.
- Это правда, Саэлон, - зло сказала Рутвэн. – Он всегда такой, когда ласковый. Когда он хочет быть грубым – он просто убивает.
Collapse )