September 12th, 2012

Свободная Луна

"Троецарствие", 43 серия. Где-то здесь засада...

После победоносной битвы при Красной Скале.

Картина 1.

Командиры княжества У (все в белом): Ура! Мы победили! На хуа нам этот молокосос Сунь Цюань? Чжоу Юй форва!
Чжоу Юй: Мужики, вы охуели? А ну все три раза ку перед Сунь Цюанем!
Сунь Цюань: Что вы, что вы, я смущаюсь. А кстати, как там Цао Цао?
Чжоу Юй: Не извольте беспокоиться, повелитель, Цао Цао удрал.
Сунь Цюань: Удрал? Где-то здесь засада.
Чжоу Юй: Это хитрый план. Мы отпускаем Цао Цао, он скачет на север через земли Лю Бэя. Лю Бэй его убивает. Семья Цао мстит Лю Бэю. Мы все в белом. Профит.
Сунь Цюань: Какой ты умный, Чжоу Юй! А интересно, Чжугэ Лян тоже так думает, как ты?
Чжоу Юй: Ып. Надо проверить. Лу Су, катай к Чжугэ Ляну, разузнай там осторожно, схватили они Цао Цао или нет.
Лу Су: Служу императору!

Картина 2
Чжугэ Лян: Нам сейчас архинеобходимо схватить Цао Цао, товарищи. Поэтому ты, Цзылун, выкуришь его из ущелья, а ты, Чжан Фэй, погонишь его из Улянского леса.
Гуань Юй: А я?
Чжугэ Лян: А ты в лавке останешься. Я тебе не доверяю, тебя Цао Цао один раз пощадил, ты его отпустишь.
Гуань Юй: Честное китайское, не отпущу!
Чжугэ Лян: вот тут подпиши.
Гуань Юй подписывает.
Чжугэ Лян: Ты, брат, будешь контролировать Хуаньжоускую дорогу. Смотри не упусти Цао Цао.
Гуань Юй: Служу императору!

Картина 3
Чжугэ Лян играет на цине, ученик чешет кисточкой яйца.

Ученик: Учитель, я правильно понял - вы отправили Гуань Юя контролировать Хуаньжоускую дорогу, чтобы он отпустил Цао Цао?
Чжугэ Лян: Молодец, далеко пойдешь.
Ученик: А почему мы не можем убить Цао Цао? Он же плохой.
Чжугэ Лян: Перехвалил.
Ученик: Я ничтожный тупой червяк! Просветите, учитель!
Чжугэ Лян: Чжоу Юй мог двадцать раз убить Цао Цао, но не сделал этого, чтобы братья Цао не мстили ему за смерть отца. Он думает, что мы убьем Цао Цао, а он останется весь в белом.
Ученик: А в чем здесь засада?
Чжугэ Лян: Гуань Юй отпустит Цао Цао, он вернется на север, укрепит княжество Вэй и опять станет угрожать княжеству У. Тогда У не смогут нас кинуть и будут поддерживать нас против Вэй, пока мы будем захватывать Цзинь. Профит.
Ученик: Охуевая от вашей мудрости, все же дерзаю спросить: а что же будет с Гуань Юем?
Чжугэ Лян: Как что? По законам военного времени секир-башка. Вот он и бумажку подписал.
Ученик (охуевая окончательно): Но Гуань Юй же хороший!
Чжугэ Лян (запускает в ученика цинем): Вон с глаз моих, дебил с жалким 145 IQ!
Ученик: Служу императору!

Картина 4.
Цао Цао убегает от войск У.
Цао Цао: Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел... Ха-ха-ха! Какие, однако, придурки эти Чжоу Юй с Чжугэ Ляном! Это ущелье - идеальное место для засады, а засады-то и нет...
Цзылун (напрыгивает с братвой из-за кустов): ЗАСАДА!
Цао Цао: Бляяяя!
Изо всех сил погоняя коней, уходит от Цзылуна и добирается до Улиньского леса.
Цао Цао: Ха-ха-ха! Какие, однако, придурки эти Чжоу Юй с Чжугэ Ляном!..
Чэн Юй: У меня почему-то нехорошее предчувствие.
Цао Жэнь: Почему?
Цао Цао: Этот лес - идеальное место для засады, а засады-то...
Чжан Фэй (напрыгивает с братвой из-за кустов): ЗАСАДА!
Чэн Юй: Так и знал!
Цао Цао: Бляяяя!
Изо всех сил погоняя коней, удирает от Чжан Фэя и добирается до развилки Хуаньжоуской дороги.
Цао Цао: Слева хорошая дорога, справа хуевая. Едем направо.
Цао Жэнь: Повелитель, а вы точно уверены?
Цао Цао: А как же! Смотри, до сих пор они все время нас наебывали - значит, и сейчас наебывают. На левой дороге ничего не видать, а над правой курятся дымы, как будто там засада. Значит, никакой засады там нет!
Цао Жэнь: Повелитель, вы великий стратег! И как только вы умудрились проебать бой у Красной скалы?
Цао Цао: Если бы я не знал, что ты искренний и тупой, Цао Жэнь, я бы тебя казнил как провокатора.
Цао Жэнь: Спасибо, Повелитель!
Цао Цао: Пожалуйста!
Едут вперед. Внезапно Цао Цао начинает хохотать.
Чэн Юй: Все. Нам пиздец.
Цао Цао: Нет, на этот раз я смеюсь не над Чжоу Юем и Чжугэ Ляном, а над тем, какой я дебил. Смотрите: они двадцать раз могли нас убить, но не убили. Почему? Потому что им выгодно, чтобы я жил и служил угрозой тому из них, кто будет борзеть больше другого. Значит, нас не убьют и мы практически выбрались!
Гуань Юй появляется впереди со своей братвой.

Гуань Юй: Цао Цао! Я должен тебя убить.
Цао Цао: Да ну нафиг. Я же тебя не убил.
Гуань Юй: Я за это рассчитался, когда убил двух генералов Юань Шао.
Цао Цао: Да? А за плащик рассчитался? А за сапоги? А за вина четыре ящика? А постельное белье? А чай? А сахар?
Гуань Юй: Заманал. Проезжай, жлоб.
Цао Цао: А если я проеду, тебя же казнят, наверное?
Гуань Юй: Не твое зыбучее дело. Проезжай.
Цао Цао: Как я могу так поступить с тобой, Гуань Юй? Убей меня, милый, убей меня!
Чэн Юй: Повелитель, не надо его подзадоривать! Я его знаю, у него чувства юмора ни хуя нет!
Цао Цао: Тихо, придурок, я прорюхал фишку. Убей меня, Гуань Юй! Убей, пожалуйста!
Гуань Юй: Достал, козел. Пацаны, вынесите его отсюда на пинках.
Пацаны: Служим императору!
Пацаны выносят Цао Цао на пинках, Цао Цао показывает язык и скрывается вдали, распевая "Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел..."

Картина 5

Лю Бэй, Чжугэ Лян и Чжан Фэй весело бухают. Появляется Лу Су.

Лу Су: Чего бухаем, мужики?
Лю Бэй: Да вот, типа Цао Цао победили.
Лу Су: Победили как? В чиста моральном плане, или уже и в физическом?
Лю Бэй: Вопрос времени.
Чжан Фэй: Не кипиши, братан, мы отправили туда Гуань Юя. Считай, что голова Цао Цао уже на этом столе.
Лу Су: Почему-то у меня плохое предчувствие.
Входит Гуань Юй.
Чжан Фэй: Привет, братан! А где голова Цао Цао.
Гуань Юй: Извините. Я его...
Чжан Фэй: Целиком съел, что ли? Ну, ты силен, братан!
Гуань Юй: Я его отпустил.
Чжугэ Лян: Гуань Юй, у меня почему-то складывается впечатление, что ты немножко охуел.
Гуань Юй: Так точно, вашсокобродь.
Чжугэ Лян: Напомни: я же не хотел тебя посылать за головой Цао Цао. Я говорил, что ты будешь исходить не из государственной необходимости, а из ложных соображений гуманности и долга.
Гуань Юй: Так точно, вашсокобродь.
Чжугэ Лян: Напомни: ты же вроде подписал бумажку, где обязался жопой ответить за базар.
Гуань Юй: Так точно, вашсокобродь.
Чжугэ Лян: Ты не обидишься, если я велю отрубить тебе голову?
Гуань Юй: Никак нет, вашсокобродь.
Чжан Фэй: А на сдали все назад! Какую голову? Как отрубить? Гуань Юй мой братан, никто никому головы рубить не будет!
Лю Бэй: Чжан Фэй, меч убрал, да? Здесь я старший братан. Если вы прослакали с дисциплиной, то по всем понятиям отвечаю я.
Берет меч, хочет зарезаться. Поскольку то же самое хотят сделать Чжан Фэй и Гуань Юй, какое-то время все тянут меч друг у друга.
Лу Су: Стоп-стоп-стоп, мужики! Ша, никто никого не режет! Меня сюда послали за головой Цао Цао, а не за окончательной пиздой союза Лю-Сунь! Если зарежется Лю Бэй, то кто же будет буфером между нами и Цао Цао? Чжугэ, ты в этом борделе главный или кто?
Чжугэ Лян: Я всего лишь исполняю волю моего повелителя.
Лу Су: Если ты сейчас не отменишь приказ казнить Гуань Юя, у тебя уже не будет никакого повелителя! Я тебя прошу, хуй с ним, с Цао Цао - разними этих трех идиотов!
Чжугэ Лян: Просите?
Лу Су: Да!
Чжугэ Лян: Скажите "пожалуйста!"
Лу Су: Пожалуйста!
Чжугэ Лян: Ну раз вы так просите, то властью главнокомандующего я отменяю приказ. Повелитель, можете уже не кончать с собой!
Лю Бэй! Служу императору!

Картина 6

Лу Су возвращается к Чжоу Юю.

Лу Су: И вот что самое интересное: я приехал к ним требовать головы Цао Цао, а вместо этого кланялся Чжугэ Ляну, чтобы он простил Гуань Юя, который отпустил Цао Цао. Скажите, да-ду-ду, это у меня одного после общения с Чжугэ Ляном ощущение, что меня нежно поимели, или у вас тоже?
Чжоу Юй (мрачно): Не спрашивай.
Свободная Луна

Ліна Костенко. ЦИГАНСЬКА МУЗА

До поезії треба сходитись,
як до великого вогнища.

Папуша


Плювалдся циганки, сміялися з Папуші,—
ну, що це за циганка? Як виродок в сім'ї.
Це ж скільки душ дітей,

і душі всі як душі.
А ця — неначе змалку зурочено її.

«Папуша» — значить «лялька».
Спиняються мужчини.
Красунечки такої іще не бачив світ.
Така розкішна лялька з печальними очима,
танцює, і ворожить, і... учить алфавіт!

Під школою стояла. Питала у дівчаток,
смаглявими руками допавши букваря:
оце велике слово,— а де його початок?
Для чого букві хвостик? Як пишеться зоря?

Циганки як циганки, меткі на заробітки.
Обдурить, заморочить, до нитки обдере.
А ця собі одна, сидить біля кибитки.
Бував, поворожить — і грошей не бере.


Collapse )
Свободная Луна

Еще из дневников Пирогова

Во время нашего пребывания в Берлине приезжал император Николай, остановился у посла Рибопьера и велел явиться туда всем русским.
Я занемог в это время простудою, и не мог явиться.
Явилось много других, и между прочими некоторые поляки; на одном из них остановился взор императора.
– Почему это вы носите усы? – спросил строго государь, подойдя близко к сконфуженному усачу.
– Я с Волыни, – ответил он чуть слышно.
– С Волыни или не с Волыни, все равно; вы – русский и должны знать, что в России усы позволено носить только военным, – громким и внушительным голосом произнес государь.
– Обрить! – крикнул он, обратясь к Рибопьеру и показывая рукою на несчастного волынца.
Тотчас же пригласили этого раба Божьего в боковую комнату, посадили и обрили.
***
Николаша, говорят, любил поудивляться: и за шо ж его, несчастного, так не любят?
Свободная Луна

Еще из дневников Пирогова

Затем последовал, уже не помню, × propos de quoi2, второй рассказ.
«Мы стояли в Персии. Скука была смертная, а денег было много; придумывали разные забавы. Я жил у одного персиянина, отца семейства, и, узнав, что у него есть дочь-невеста, вздумал посвататься. Сначала, разумеется, отец и слышать не хотел; но когда он проведал через
одного армянина, что я обладатель целой груды червонцев, то малопомалу начал сдаваться и торговаться.
Наконец, дело сладили: уговорились, что я женюсь формально, по русскому обряду, при свидетелях, и что невеста снимет свое покрывало перед венчанием. На этом в особенности я настаивал, надеясь покончить все дело вздором, если окажется рожа. Я пригласил товарищей всего
полка на свадьбу. Был между ними и подставной поп, и подставные дьячки. Когда невеста сняла покрывало, то оказалась такою восточною красавицею, какою никто из присутствующих никогда еще не видывал.
Все так и ахнули. После импровизированной свадьбы я зажил с моею красавицею женою в доме тестя. Жили мы не более года, прижили ребенка. Вдруг – поход. Жена моя собралась было со мною, и ни за что на свете не хотела оставаться у отца. Но я и товарищи, знакомые принялись так сильно ее уговаривать, что она, наконец, решилась остаться дома и ждать, пока я сам приеду за нею».
В это время рассказа я невольно посмотрел пристально на хозяйку, жену повествователя. Смотрю, кажется, не похожа на персиянку, чисто русский тип. Повествователь заметил мой пристальный взгляд и сейчас же обратился ко мне с объяснением: «Это не она, не она; та далеко, Бог
ее знает где; с тех пор о ней – ни слуху, ни духу!»
А наша хозяйка в это время продолжала спокойно разливать нам чай.