Ольга Чигиринская (morreth) wrote,
Ольга Чигиринская
morreth

Categories:

Итак, о "Мастерах секса"

Я прошлый раз сказала, что, когда смотрю сериал, у меня в голове щелкает название структурных кирпичиков.

Так вот, когда я смотрела "Мастеров секса", оно не щелкало. А вот.

Во-первых, потому что конструкция там не вся состоит из стандартных кирпичиков. Они есть, без них никуда, но они уложены отнюдь не квадратно-гнездовым методом, да еще и умело ошткатурены.

Начнем с названия. Masters of sex - это, во-первых, не столько "мастера", сколько "повелители" секса. Но тут содержится еще и игра слов: фамилия одного из главных героев - Мастерс. То есть, он Masters of sex, примерно как Lawrence of Arabia - "Мастерс сексийский", бесстрашный исследователь страны Секса, неукротимый и временами скандальный. Никаких претензий к переводчикам, это все равно непереводимо.

Правда, есть еще одна историческая параллель - Гордон Хартумский, Gordon of Khartum. Этого военного прославили не столько впечатляющие успехи, сколько не менее впечатляющий провал: он подписался на заранее обреченную миссию, потому что просто не мог бросить людей в беде, и погиб вместе с теми, кого взялся защищать. По ходу просмотра я нередко вспоминала о нем, дальше объясню, почему.



Мастерс и Джонсон - реальные люди, еще недавно можно было сказать "живые люди", но Мастерс уже умер (2001). Эта пара исследователей занималась клиническим изучением сексуальных реакций человека: людям прикрепляли электродики на разные места, и люди занимались сексом ии мастурбировали, а приборы все фиксировали. По результатам исследований Мастерс и Джонсон опубликовали книжку, которая взорвала столько мозгов и шаблонов, что Америка и весь цивилизованный мир до кучи до сих пор не прожевали как следует.

Они экспериментально подтвердили наличие множественного оргазма у женщин. Доказали, что клиторальный оргазм ничем не хуже вагинального. Они пошли дальше, чем Кинси, который ограничивался, в основном, опросами. Они нашли способ снять на пленку происходящее в вагине во время акта. И многое, многое другое.

(Кстати, именно они экспериментально подтвердили, что большинство проституток не получает никакого удовольствия во время акта и является, цитируя сериал, "сексуальными инвалидами").

И за это они выгребали большой лопатой вагоны дерьмища. Потому что Америка была пипец какой ханжеской, пуританской и лицемерной страной.

Собственно, об этом и фильм - двое ученых и общество, в котором они работают.



Но жить в обществе и быть свободным от общества - нереально. Мастерс - мужчина, плоть от плоти патриархатного общества, пользующийся всеми привилегиями своего положения: он профессионал, чего никто не пытается оспаривать, он состоятельный мужчина, лучший специалист клиники Вашингтонского университета в области акушерства и гинекологии, он пишет научную работу, и только одна проблема его гнетет... нет, не то, что он никак не может сам стать отцом - эта проблема гнетет его жену Либби. Сам он выходит из себя от того, что никак не может найти секретаршу, которая знала бы дело и при этом не падала в обморок при словах "оргазм", "член" и "вагина". Ведь не сам же он должен обрабатывать результаты исследований! Он мужчина, ему некогда занимать рутиной свой творческий ум!

И такая женщина находится: миссис Вирджиния Джонсон, разведенка, женщина непростой судьбы... впрочем, Мастерс согласен и на черта с рогами, лишь бы делал дело.

Но у мисс Джонсон амбиции. Она хочет стать доктором психологии. Хочет учиться и тоже заниматься исследованиями. Ну и еще ей нужна работа: у нее двое детей, их надо кормить, а на их отца, музыканта, у которого периоды наплыва денег чередуются с периодами безработицы, надежды мало.

И Мастерс проявляет себя как необычайно передовитый для своего времени мэн. Он признает, что Вирджиния имеет право на эти амбиции и соглашается, чтобы она стала полноправным участником исследований - после того, конечно, как покончит со всей рутинной работой, которой ему, мужчине, заниматься не с руки.

И Вирджиния впрягается в лямку. Мобилизует все свои организаторские способности и целый день шарашит как секретарша, организуя расписание Мастерса как врача-гинеколога и обрабатывая результаты исследований, а вечерами с ним вместе торчит в смотровой, наблюдая эксперименты... и не только наблюдая.

Мастерс и Джонсонс становятся любовниками. Сначала - "ради науки". Или они сами внушают это себе. Они надевают электроды и занимаются сексом, добросовестно заполняют анкеты, записывают результаты... а потом посто снимают номера в гостиницах под чужими именами.

Это окончательно изолирует Джонсон от детей - а Мастерсу наконец-то удается зачать с женой своего сына и думать, будто его Либби теперь счастлива, и благополучно не замечать, что она медленно умирает в тисках своей женской и материнской роли, типичная представительница поколения, о котором писала Бетти Фридан. Либби - третий главный герой сериала, именно ее "незаметность" оказывается в фокусе на протяжении всех трех сезонов.

Но по мере развития событий Мастерсу становится все очевидней, что он, подняв тему сексуальных реакций человека, ступил на минное поле, и взрыв - лишь вопрос времени. Но он - слишком мужчина, чтобы спасовать, и взрыв таки следует: доклад в университете Вашингтона, который должен был стать триумфом Мастерса, становится его поражением. Его выбрасывают из клиники, меняют замки в его кабинете, и за утешением он идет не к жене, а к Вирджинии. "Никто не верит в нашу работу." - "Я верю. И ты тоже".

Вот тут и проявляется паралеллизм с Гордоном Хартумским: каждый сезон Мастерс заканчивает с разбитой мордой, на канатах. Метафорически, конечно, но боксерская метафора тут не случайна: он видит жизнь как поединок на ринге, и никак не может понять, отчего триумф раз за разом сменяется поражением. В конце третьего сезона все особенно хреново, потому что Мастерс, поц и собственник, достал и жену, и Вирджинию, так что они отказались от него обе. Жизнь, конечно, делает мегаспойлер, мы знаем, что в 1971 году Мастерс и Джонсон все-таки поженились, а в 1992 развелись, но на данный момент у Мастерса нет никаких оснований для оптимизма.

Но этот фильм не столько о Мастерсе и Джонсон (как писали критики, "сериал довольно свободно висит на костях реальности), сколько об Америке, об истории нравов, об отношениях мужчины и женщины... а также мужчины и мужчины, женщины и женщины. Этот сериал обязательно нужно посмотреть, чтобы понять, какой путь мы все прошли. Параллельно с сюжетом об исследованиях Мастерса и Джонсонс развиваются сюжеты об учителе Мастерса, докторе-гинекологе Скалли (гомосексуал, который сам страдает в браке и мучает жену), о проститутке Бетти и ее тайной супруге (они хотят ребенка, но Бетти бесплодна, работа безнадежно искалечила ее придатки), о хроническом неудачнике докторе Остине (женился, потому что обязан был "как честный человек", и они с супругой оказались друг для друга "типичным не тем"), о докторе-женщине, которая больна раком шейки матки и хочет сделать раннюю диагностику этого рака повсеместной в США, но проигрывает гонку со смертью и с обществом, которое считает, что женщина-гинеколог это носенс...

Как врач, Мастерс не может оставаться равнодушным к людским страданиям - но как человек, он не может не земечать, что постельные проблемы большинства его пациентов начинаются далеко за пределами постели: в школе, в церкви, в СМИ. Он изо всех сил старается найти убежище в узком профессионализме - но и там его поджидают проблемы, которые он сам породил, когда полюбил Джонсон и решил, что сможет так и дальше: любить Джонсон и одновременно использовать ее, лгать жене и ревновать их обеих.

Говоря о болезнях сексуальной сферы, нельзя не говорить о болезнях общества: о лицемерии, ханжестве, лжи. Но как уврачевать эти недуги в обществе, если не можешь уврачевать их в себе?

С нетерпением жду четвертого сезона.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments